Школа Брамса от пианиста Рудольфа Бухбиндера в Дубае

  • Автор:

Рудольф Бухбиндер — один из признанных спецов по исполнению Бетховена и Брамса. Он первый солист, удостоенный Золотого почетного знака Государственной капеллы Дрездена. К сожалению, послушать его Бетховена в Дубае не получится, а вот Первый концерт Брамса для фортепиано с оркестром он исполнил, да еще как.


Rudolf Buchbinder

Манера игры Бухбиндера состоит в полном отсутствии манеры. Кажется, он в момент игры представляет себя самим Брамсом, и играет так, как играл бы тот, будучи на сцене. Благо дотошность Бухбиндера в изучении всех возможных первоисточников, включая помарки в авторских нотах композиторов, широко известна. Все эти нечеловеческие, почти бетховенские страсти в Maestoso Рудольф Бухбиндер играет снисходительно, спокойно, педантично. Он не хочет нравиться, хотя это звучит восхитительно. Он хочет изучать эту музыку дальше, будто никогда ее не исполнял раньше. Он вслушивается в каждую ноту, примеряет, взвешивает, раздумывает. Даже виртуозные пассажи у него звучат легко и естественно, без «эффектной» подачи, они такие, потому что такими должны быть здесь, словно говорит пианист.

Это больше похоже на исполнение-размышление, что отсылает к игре нашего гения Григория Соколова. Особенно размышлительность заметна в Adagio — полное ощущение, что Рудольф Бухбиндер за роялем один, и не на сцене огромной Дубай-оперы, а где-то у себя дома в кабинете за домашним роялем при неярком свете свечей, и играет он только для себя. Потому что ему просто нравится эта музыка. Как играл это когда-то сам Брамс у себя дома, наверное. И даже наверняка.


Rudolf Buchbinder

Во всех смыслах Бухбиндер продемонстрировал фактически эталонное исполнение Первого концерта Брамса. Он был убедителен в каждой ноте, и было слышно, насколько он понимает и отвечает за каждую ноту. Это было органично до невозможности. Редчайшее качество для сегодняшнего пианизма. Сравнения с Григорием Соколовым или Святославом Рихтером тут более чем уместны. А в моменты, когда он не играл, — просто складывал ладони на коленки, и наслаждался слаженной работой Словацкого оркестра. И это тоже было почти по-детски искренно.


Даниэл Райскин и Рудольф Бухбиндер

После концерта я спросил у Рудольфа о деле его жизни — записи всех 50 вариаций на тему Диабелли, в том числе 33 сочиненных Бетховеном, а также о записи «Новых вариаций на тему Диабелли 2020», сочиненных такими композиторами, как Родион Щедрин, Тань Дун, Максом Рихтером, Лерой Ауэрбах и др. Так почему простенький вальс Диабелли стал настолько интересен Бетховену, что он написал 33 вариации, и сегодняшним композиторам тоже это интересно?

«Парадокс в том, что Диабелли написал очень, очень простую музыку. Тоника — доминанта, тоника — доминанта. Это вызов для любого композитора. Поэтому это стало интересно Бетховену, Черни, Листу, Шуберту и Францу Ксаверу Вольфгангу Моцарту. Когда я решил сделать проект «Новые вариации на тему Диабелли», то послал заказы 12 композиторам. И они все согласились. Но Кшиштоф Пендерецкий умер, и не успел ничего написать, к сожалению. Остальные написали, и запись вышла».

Оркестру в этом концерте тоже стоит отдать должное. Даниэл Райскин даже подпрыгивал в наиболее напряженные моменты, донося до музыкантов фигуру момента, но деликатности и слитности всех групп его оркестра можно только позавидовать.

Но по-настоящему Словацкий филармонический оркестр раскрылся во втором отделении, на Симфонии №8 Антонина Дворжака. Родная для музыкантов музыка. Эпический хорал, с которого начинается симфония, вскоре обрывается жизнерадостными наигрышами флейт, обозначающими радость деревенского чешского уклада. Роль флейт тут неоценима, и они есть у оркестра! Техничные, звонкоголосые, они заливаются небесными колокольчиками. И снова возникает хорал маршевого склада, и теперь военные трубы возвещают торжество. В полусумрачном Адажио оркестр мастерски балансирует между piano дремотных воспоминаний на триольный мотив и торжественным военным гимном в tutti духовых.


Даниэл Райскин

В третьей части звучит нежнейший вальс, так напоминающий Чайковского, да и собственные дворжаковские «Славянские танцы». Оркестр блистательно обыгрывает двойные контрапункты между парными польками деревянных духовых и массовыми плясками на фортиссимо всего оркестра, а это непростая задача. Наконец, в финале звучит ликующий всеобщий народный танец, мне по степени героичности и пафоса всегда напоминающий военные марши австро-венгров. Но это уже дело трактовки. Важнее, что оркестр сыграл это столь художественно, что вызвал истинное восхищение. Чудное исполнение.


Даниэл Райскин и Словацкий филармонический оркестр

После всех оваций Даниэл Райскин снова вышел на сцену, сообщил прощании оркестра с фестивалем и этим залом, и в качестве последнего музыкального привета из Словении продирижировал фрагментом из «Славянских танцев» того же Дворжака №2, более известной под названием «Думка». И это тоже было блистательно.

Это был еще один невероятный вечер высокой классической музыки на фестивале. InClassica организован Европейским фондом поддержки культуры, и проходит в Дубае до 26 сентября.

Вадим ПОНОМАРЕВ

Фото: Евгений ЕВТЮХОВ / пресс-служба фестиваля InClassica

Adblock test (Понравилась новость — поделитесь в соцсетях!?)

Похожие записи:

  • Нет похожих записей

О сайте

Ежедневный информационный сайт последних и актуальных новостей.

Комментарии

Посетители